Но скрою страх и буду с ней построже.

Довольно! Эти нравственные речи

С уставом здешней братьи несовместны.

Я их не потерплю. Они - осадок

В крови, что меланхолия мутит.

Но я легко вас вылечу. Отпейте

Из кубка, и подавленный ваш дух

Исполнится блаженством. Ну, пригубьте!..

Врываются братья, с обнаженными шпагами и, вырвав у Комоса кубок, разбивают его; свита Комоса пытается сопротивляться, но братья разгоняют ее.

Входит Дух-хранитель.

Дух

Как! Чародей упущен и не связан

И жезл его не отнят? Но ведь нам

Без этого не повторить заклятии

В обратном их порядке и не вырвать

Из каменных оков паралича

Застывшую в них неподвижно леди...

А впрочем, не тревожьтесь. Мне на ум

Пришло иное средство, о котором

Рассказывал мне старый Мелибеи,

Меж пастухов искуснейший свирельщик.

Живет невдалеке отсюда нимфа,

Красавица, которой берега

Извилистого Северна подвластны.

Зовут ее Сабриной, и отцом

Ей был Локрин, сын и преемник Ьрута,

Чей трон ему достался. Эта дева,

Преследуема мачехой своей,

Свирепой Гвендолен, решила вверить

Себя реке, ей преградившей путь.

Сплели игравшие на дне наяды

Украшенные жемчугами руки

И труп ее доставили к Нерею,

Который дочерям велел омыть

Страдалицу в нектаре ароматном,

Где асфодели плавали, и в жилы

Ей через все ворота чувств вливать

Амброзию, пока она не встанет.

Так ожила она, бессмертной стала

И сделалась богинею речной;

Но, как и встарь, участлива, выходит

С закатом на прибрежные луга

И лечит скот настоем трав целебных

От порчи и болячек, наведенных

Озорником шкодливым - домовым.

За это пастухи ей воздают

На праздниках хвалу в нехитрых песнях